На каяках по Дунаю и Черному морю

Итак, 5 мая, нас пятеро, и мы вышли из поезда Киев-Измаил. Загодя забронировали каяки в пункте проката в Измаиле. К нам по ходу присоединились еще двое местных — Роман и Артем. Так что эскадра составила шесть “кораблей”- пять “одиночек” и “двойка”. Однако, все это было позже — после обеда. По приезду же нас встретил Александр Сакара — большой любитель двойного весла и дальних водных переходов. Первым делом он свозил нас на Ялпуг — самое большое озера природного происхождения в Украине. Местные каякеры устраивают заплывы во всю его 40-километровую длину. Чем не марафон!

Также побывали мы на руинах измаильской крепости, которую брал Суворов, и которую спустя 66 лет, после проигранной Крымской войны, Россию обязали разрушить. К слову сказать, хороший урок для некоторых современных политиков.

А вот и первое знакомство с Дунаем. Это, господа, самая-самая настоящая речная баржа. Понимаю, многим снимок ни о чем не говорит, но мне…! Это несамоходное буксируемое судно. С длинным пером руля и огромным рулевым колесом. Хорошо сохранилась надстройка. На этой барже был экипаж, неслись вахты, существовала субординация. Чего на ней никогда не было, так это двигателя, или паруса. Ее всю жизнь тянули на буксире. Все команды подавались с буксирного теплохода (парохода) сочетанием гудков и сигналов белым флагом. (Радиосвязь не предусматривалась.) Шкипер (главный на несамоходном судне) “читал” эти сигналы и передавал команды рулевому матросу, который вращал рулевое колесо. Перо руля у барж больше, чем у моторных судов. Иначе не повернуть. Так они синхронно входили в поворот — буксировщик и все ведомые им баржи. На Днепре барж могло быть по несколько штук в одном счале, на Дунае меньше, тут сильнее течение. Судя по клепанному борту (мое предположение), это баржа родом из 50-х, или старше. Может даже довоенная, хотя я могу ошибаться.
Откуда я все это знаю? Довелось работать со стариками, которые по молодости были и шкиперами, и матросами речного флота.

Мы получили каяки. Загрузили все, что надо для похода — еду, палатки, воду, барахло… И готовы к отходу. Руководитель пункта проката Слава Макаров делает “контрольный снимок”. (Фото ниже)

Идти вниз по течению решили пол Кислицкому рукаву. Это значит, что основное русло Дуная остается по правую сторону — за Кислицким островом. Остров длинный — 27 км. Он обитаемый — там поля, насосные станции и пр. С материком остров соединяют несколько паромных переправ, которые мы увидим по пути.
Есть такое направление в уличной фотографии — снимать “умирающие” автомобили. Я этим тоже грешу. Если вижу где-то на задворках уставший “Запорожец”, “Волгу”, или “Москвич”, — рука тянется к смартфону. Но, умирающие теплоходы…! В Киеве их почти все повыбрали в металлолом. А тут — смотрите, какой красавец! Сможет ли он когда-нибудь взрезать волны винтом? Или ждет, когда к нему придет угрюмый мужик с газорезательной установкой?

Первая ночевка, первый лагерь. Поскольку у нас была всего половина ходового дня, мы прошли относительно немного. Особо не устали.

…особо не устали, но каши на ужин ушло много. И чаю.

Хорошо стоим….

Хорошо едим…


Хорошо идём…

Те самые паромы на Кислицкий остров.

По Дунаю мы прошли менее 100 км. Но при этом он постоянно казался нам новым — природа словно меняла ему одежды каждые 20-25 километров. Удивительные ощущения! Кислицкий рукав напоминает Десну. Похожие склонившиеся кусты вербы, так что захочешь причалить и выйти — причалишь, но особо не выйдешь. Точнее, в берег не углубишься, не ободрав одежду и не увязнув в грязи. Заночевать где вздумается — не выйдет. Места ночевок надо искать. В первый день мы уже даже начали переживать за себя: сумерки сгущаются, а по сторонам — непролазная верба. Но, слава богу, надыбали место — успели поставить палатки, и даже дрова собрали посветлу.

На Дунае куда больше, чем на Днепре мощных многолетних верб, укрепляющих берега. Это, конечно, не мангровые леса, но временами корневища такие, что засмотришься.


Вид на Дунай из домика паука.

Видишь воду? И я не вижу, а она есть!
Дунай напоминает плавательный бассейн. В том смысле, что делая в воду всего один шаг, можешь уйти с головой. Ну, или как минимум по пояс. Это не Киевское водохранилище, где три километра от берега, а все еще веслом дна достаешь.

Хорошо сидим…


Туман рассеивается, пора в путь…

Хорошо плывем…

Хорошо идем…

Вербы — атланты дунайских берегов.

На левую сторону — Украинский город и порт Килия. Напротив — румынский городок Килия Веке / Chilia Veche. (Фото ниже).


Что бы еще увидеть?


Интересные берегозащитные сооружения применены на Дунае. Здесь их называют матрасами. Как я понимаю, специальные стеганные мешки из стекловолокна укладывают на берегу и закачивают в них бетон. Мешки принимают форму берега и так застывают. Эффективно, ибо при такой технологии меньше вымоин во время половодья. И — красиво…


Дунайский буй — не такой, как днепровский. Да и вообще их тут мало — несколько штук на сотню километров.

Ближе к устью берег начинают обживать дачники, рыбаки и чудаки. На этом причальчике есть все, что нужно для счастья: два кресла (помечтать-помедитировать на пару, держа ладонь в ладони), и две душевые кабины — помыться после всего этого. Помыться, правда, уже порознь — в двух отдельных “номерах”. Не исключаю, однако, что душевые кабинки — они же и туалетные. Тогда счастье будет больше…

По украинскому берегу просматривается много гидротехнических объектов — шлюзов, насосных станций, трубопроводов… Навскидку разобраться не просто. Роман рассказал, что левый берег в прошлом являлся частью дельты Дуная, которая была обширнее, чем сейчас. Но при СССР берег задамбировали, осушили и превратили в сельхозугодья. Не обошлось и без глобальных ошибок. Например, озеро Сасык было раньше лиманом, соединявшимся с морем, и в нем нерестилась кефаль. Но его насильно сделали озером — отгородили от моря, выкачали соленую воду и закачали пресную дунайскую. Сделали что-то вроде поливочного водоема. И начали из него поливать. И… загубили почву. Потому что пресная дунайская вода, впитав с дна Сасыка вековые солевые отложения, все равно мало отличалась от морской.

Труба откуда-то сбрасывает воду.

Наконец мы нашли мелководье. Спустя сутки. Можно и подурачиться 🙂

На острове Ермак, рассказывают, был большой конезавод. В пору его расцвета появился этот памятник. Сейчас, вроде бы, завод пытаются восстановить. Во всяком случае, строения новые, кровельный материал — тоже свежий. И лошади пасутся невдалеке.


Не пугайтесь — это не Париж. Хотя, до Евросоюза — не более километра. Просто ближе к Вилково начинаются богатые дачи. Похоже, что кто-то на своей территории позволил установить вышку мобильных операторов? Но, так чтобы и вашим и нашим: и функциональненько, и гламурненько. Дача, как-никак…


Лодки-клумбы

Нам навстречу из Вилково вышла девушка Natalia Titorenko на САПе. Мы все ее видим впервые. Как так? Просто Юра Лисовый подписан на страницу САПеров в Фейсбуке. И там прочитал: “в таких-то числах буду в Вилково с САПом, кто будет рядом — можем вместе покататься”. САПеров не нашлось, но были мы… Так и познакомились. Наташа — из Питера. Мама ее родом из Вилково…

Вбитые колья вербы скоро станут живым забором. За ним насыпят ил, получится суша. Так человек уже сотни лет в этих местах отвоевывает у реки жизненное пространство.

Слов не надо — все уже написано до нас.

Солнце в веслах.

Вилково, господа!



Я был здесь лет 15 назад. Тогда организованных экскурсий по каналам еще не было. Сейчас гостей городка катают вот такие трамвайчики.

Диалог с этими мужиками выглядел примерно так:

-Рыба кормит?

-Кого кормит, кого нет. Сейчас идет селедка. Скупщики дают по 30 грн за кило. На базаре она уже по 60 грн. Два рыбака на одной лодке за сезон могут взять 3-5 тонн селедки. Много, говоришь? А лодка, а мотор, бензин, сети новые…! А за коммуналку заплатить! А долги раздать? Некоторые в ноль и выходят. А кому-то — да, много….

Лодки здесь ремонтируют и строят непрерывно. Новая рыбацкая лодка стоит 1,5 тыс долларов.

На фото ниже:

— Что такое рыбацкое счастье?

— Поймать огромную белугу, в которой 30 кг. икры. Килограмм — по 1000 долларов. 30 тысяч в кармане.

— А вы не боитесь, что покупатель икры позаботиться о том, чтобы эти 30 тысяч у вас его же люди, под видом гопников, отняли за ближайшим углом?

— Здесь так не принято.

— У вас бывали такие уловы?

— Кто 30-40 лет рыбачит, у того хоть раз, да было.

— А три раза, или пять?

— Три раза может у кого и было. А пять… Я такого не знаю.

Здесь даже штрафплощадки особенные

Два разных мира, но способ гребли — один.


“Вы фотографируете лучшего экскурсовода Вилково!” — сказал мне один из этих мужчин, красивших причал.

Здание бывшего рыбного комбината. Говорят, он входил в двадцатку лучших в СССР. 43 вида продукции выпускал.


-Можно вас сфотографировать?
-Шо?
-Сфотографировать?
-Пятьдесят.
-Что пятьдесят?
— 50 гривен. Вино. Три литра. Вот этот бидончик…

Как бы мне сейчас хотелось В Вилкове вдруг очутиться Там — каналы, там — гандолы, гандольеры. Очутиться, позабыться, от печалей отшутиться. (Булат Окуджава. )
Вилково называют Украинской Венецией. Ерунда! Я был в Венеции, она — ни разу не Вилково. Я не поэт, но если бы им бы, сказал бы так: Венеция — это поэзия воды и камня, Вилково — поэзия, воды, вербы и ила.



Прощай край дунайской селедки, вина “Венок Дуная” и ранней клубники! Выходим по Белгородскому каналу — главной улице города. Далее уйдем вправо — в рукав, идущий по Дунайскому биосферному заповеднику — по собственно дунайским плавням.

Камыш — до 5 метро в высоту!

Наконец мы их нашли. Пеликаны!!!!!!!!!!!


Пеликаны паслись на озере Соленый Кут. Наше появление их не обрадовало. Улетели… Дальше долго-долго бредем пешком — “по морю яко посуху”. Ибо грести неудобно — весло цепляет за грунт. Но и идти не легко — ноги вязнут.

Быстрее всех продвигался Богдан — сидя в каяке, он отталкивался руками от дна.


Пикник на границе миров. За спинами у ребят — уже море, за моей спиной (я снимаю) — еще река.

На нулевом километре, где столбам снится небо,
А по небу шатается стая веселых галчат,
Стоят два человека, просто два человека.
Они курят одну на двоих и о чем-то молчат.

На самом деле, это не настоящий нулевой километр. Просто один из навигационных знаков, показывающих начало острова. Я его решил поставить в подборку для “визуального равновесия”.

Рассказывают, что общепринято нулевой отметкой считать исток реки. Но в случае с Дунаем сложно: якобы, два разных административных района в Германии не договорились между собой, какой ручей считать началом Дуная. Каждый тянул за свой. И непонятно, где ставить точку “О”. Потому решили вести отсчет от устья, где и установили символический железобетонный “ноль”. Но мы не дошли до него, свернули по короткой дороге. Потому что от “нуля” до с. Приморское (конечной нашей точки) нужно было дольше идти по морю. А это опасно: если поднимется волна, можно не успеть до берега. Опрокинет каяк — плохо будет, температура воды +9, а гидрокостюмов нет.

Ты правишь в открытое море,
Где с бурей не справиться нам.
В такую шальную погоду
Нельзя доверяться волнам.
(Лидия Русланова, “Окрасился месяц багрянцем”)

И действительно, море заволновалось. Мы разгрузили каяки и стали кататься на волнах. Это потрясающе! Поначалу я боялся, что укачает. Не укачало. Можно “садиться” на волну, и она несет тебя с большим ускорением десяток и более метров. (Зависит от опыта и сноровки гребца.)

Мы с Юрой так увлеклись, что маханули вдоль берега на косых волнах еще несколько километров. Туда ветер нам помогал, обратно мешал. Вернулись поздно, уже под дождем, не имея на теле сухой нитки. На глаз, максимальная волна была метра полтора. Наверное, это не много. Но раньше я не знал и этого.
Утро после дождливой ночи.
Да, собственно, и все 🙁

P.S. Благодарю друзей за хорошую компанию, новые знания и бесценный опыт. А все вмести мы благодарим руководство Каяк-клуба и прокатного пункта сети“Каяк-Каноэ Центр” в Измаиле за предоставленные плавсредства и помощь в организации похода.

Впечатления Вадима Петрасюка
Фото Анастасии Синяковой, Романа Палия, Вадима Петрасюка

Примечания Михаила Корнилова, за что ему огромное спасибо:

Паромы на Кислицком вы видимо не заметили, это трос на дне и катерок с секцией понтона, на фото вы приходите понтонный мост у Килии.
Вода из трубы — с рисовых чеков.
Вышка — Интертелеком, усадьба на территории которой она стоит, их же.
Остров — Ермаков, не Ермак.
Знак с нулем — километровый знак какого-то бокового рукава, я полагаю Соломонова, сквозной километраж идёт только по основному руслу Килийского рукава.
«Настоящий» нулевой километр от которого считается длина реки находится в румынской Сулине.
Вино «Венок Дуная» — крепляк производства Килийского винзавода, хоть и делается из местного культового винограда Новак (ударение на а), характерным продуктом не является и популярностью у местных не пользуется. Настоящий Новак — сухое, делается в Вилково. Вот тот самый бидончик скорее всего оно.

3 thoughts on “На каяках по Дунаю и Черному морю

  • 19 Май, 2017 at 4:50 пп
    Permalink

    немного поправлю и отвечу на повисшие вопросы.
    Паромы на Кислицком вы видимо не заметили, это трос на дне и катерок с секцией понтона, на фото вы приходите понтонный мост у Килии.
    Вода из трубы — с рисовых чеков.
    Вышка — Интертелеком, усадьба на территории которой она стоит, их же.
    Остров — Ермаков, не Ермак.
    Знак с нулем — километровый знак какого-то бокового рукава, я полагаю Соломонова, сквозной километраж идёт только по основному руслу Килийского рукава.
    «Настоящий» нулевой километр от которого считается длина реки находится в румынской Сулине.
    Вино «Венок Дуная» — крепляк производства Килийского винзавода, хоть и делается из местного культового винограда Новак (ударение на а), характерным продуктом не является и популярностью у местных не пользуется. Настоящий Новак — сухое, делается в Вилково. Вот тот самый бидончик скорее всего оно. 🙂

    Ответить
    • 19 Май, 2017 at 5:17 пп
      Permalink

      Большое спасибо. Добавлю в примечния.

      Ответить
  • 27 Май, 2017 at 9:19 дп
    Permalink

    Катер называеться КИЛИЯ построен в Ротердаме в 1911году для господина Крамера в 1944 стал военным трофеем

    Ответить

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *